От Вены до Часов Яра: две войны семьи десантников

Мечтал о голубом берете с детства

Когда он начинает рассказывать, в его голосе слышится что-то неуловимо теплое – то ли детская мечта, то ли гордость за свой род.

– У нас три брата, и все грезили ВДВ, – улыбается боец «Урал». – Но судьба распорядилась иначе: старший стал танкистом, младший – пограничником, а я отслужил связистом. Но мы все прыгали с парашютом!

Тут он делает паузу, и кажется, будто прямо сейчас перед ним встает образ родного дяди – Николая Кузьмича Ледовского (в военных документах случайно его фамилию с Ледовских заменили на Ледовский. – Прим. ред.), десантника той самой 98-й дивизии. Того, кто в годы Великой Отечественной совершил 19 боевых прыжков в тыл врага. Четыре из них – с дирижаблей!

– Он многое рассказывал, – продолжает Вячеслав. – Как брали Вену, как после ранения не почувствовал, что истекает кровью, потому что адреналин заглушал боль... И я, мальчишкой, слушал – и мечтал.

Прыжок в легенду

Его первый прыжок – момент, когда мечта стала реальностью.

– Самолет набирает высоту, дверь закрыта – и ты уже понимаешь, назад дороги нет, – вспоминает Вячеслав. – Первые трое пошли... Потом моя очередь. Шаг в пустоту – и...

Тут он замолкает, будто снова переживает тот момент.

– Купол раскрылся – и такая красота вокруг! Дядя говорил: «После прыжка всегда хочется еще». И он был прав: это непередаваемо. Свобода. Восторг. Адреналин.

Позже Ледовских стал парашютистом-инструктором. Но самые важные уроки, как признается, получил не в небе, а на земле.

Нас учили выживать

Подготовка в ВДВ – это не про муштру. Это про то, как сделать так, чтобы твои ребята вернулись домой.

– Нас тренировали всему, – говорит «Урал». – Уличным боям, маскировке, работе с оружием, спасению от дронов. Перед СВО под Бахмутом мы отрабатывали штурмы по 19 часов в сутки. Учились перезаряжаться за секунды, двигаться под огнем, вытаскивать раненых. Эти навыки – они потом жизнь спасают.

Современная война, по его словам, – это уже не та война, что была в 1941-м.

– Раньше не было этих чертовых камикадзе-дронов, «лепестков» и мин-ловушек, – говорит Вячеслав. – Помню, за 10 минут на нашу позицию сбросили 17 бомб. Выживал тот, кто умел «слушать небо».

Решение идти на СВО было осознанным

До мобилизации Вячеслав 33 года отдал МВД, ушел на пенсию в звании полковника. Но когда началась спецоперация, даже не думал отсиживаться.

– Я слишком хорошо знаю историю Донбасса, – говорит он твердо. – Не мог просто смотреть, как гибнут наши люди. Здесь, на передовой, я снова почувствовал тот самый адреналин, которого так не хватало на гражданке.

Его полк участвовал в боях за Часов Яр, об освобождении которого 31 июля официально сообщило Министерство обороны РФ.

– Первый бой... – он задумывается. – Это были накаты, эвакуация «двухсотых» и «трехсотых». Потом пошли уличные бои – 70 метров до врага, бессонные сутки под минометами, пулеметными очередями и сбросами с дронов. Но мы держались. Потому что иначе нельзя.

Связь поколений

Когда Ледовских говорит о своем дяде, в его глазах – неподдельная гордость.

Но есть в этой семье еще один продолжатель военной династии – Егор Ледовских, сын Вячеслава. Сейчас он курсант 3-го курса Краснодарского высшего военного авиационного училища летчиков имени Героя Советского Союза А.К. Серова. Скоро он станет летчиком-истребителем – и семья Ледовских напишет новую страницу в истории российских Вооруженных сил.

– Мой дядя штурмовал Вену в 45-м, был ранен, но дошел до Победы, – голос «Урала» становится тише. – Когда я узнал, что наша дивизия брала Вену, внутри что-то екнуло. Думаю, он был бы рад, что я служу в его полку. А теперь и Егор идет по нашему пути.

В их семье слово память не пустой звук. Ордена дяди-десантника, земля с братских могил деда и еще одного дяди, погибшего на Курской дуге в 19 лет... Это не просто «семейный архив». Это – история, которая живет.

Никто, кроме нас

– СВО дает еще большую уверенность: наши воины – настоящие герои, – говорит Вячеслав. – Они идут вперед, даже когда шансов почти нет. «Никто, кроме нас» – это не просто девиз. Это – суть.

В конце нашей беседы он поделился со мной стихами сослуживца – замкомвзвода «Аргентина», с которым они вдвоем отражали вражескую атаку под минометным огнем.

– Здесь есть строчки даже про меня, – улыбается «Урал».

3:59, доклад по азарту.

С берховской воды потянулся туман.

Еще пару дней, а может быть, завтра,

Закончится то, что не я начинал.

Иду я по планке, вспоминаю о Боге,

Как он в ноябре меня уберег.

Про Славу Урала и первом заходе,

Прилет 120-х, держись, братулёк!

Пойдем по погоде, ждать будем туман.

Синоптики вряд ли поймут нас, едва ли…

Шаг сделал с тропы – и сразу в капкан,

Такие вот истины нам прививали.

Для тех, кому чужды ордена и медали,

Для тех, чья сталь закалялась в бою.

Простым мужикам, что здесь погибали,

Почет, уважение… навечно в строю.

P.S. Когда-то Николай Ледовский десантировался в тыл врага, чтобы приблизить Победу. Теперь его племянник, гвардии старшина Ледовских, защищает Родину в новом времени, но с тем же девизом: «ВДВ – ни шагу назад!». Каждая такая история как осколок в моем сердце. Эти люди не просят жалости. Они заслуживают нашей памяти. Нашей поддержки. Нашей благодарности. И я буду продолжать ездить к ним, чтобы их голоса были услышаны.