11:37 Среда, 25 Ноября 2020
12+
ЭЛ№ФС 77- 75974 от 19.06.2019 +7 (4852) 30-76-08 news@city-news.ru

Сочиняя традиции

21 Октября 2020
16 октября на сцене Волковского театра случилось сразу несколько событий. Начался 271-й сезон. Открылся он премьерой – спектаклем «Еврейское счастье» по повести Шолома-Алейхема, одним из авторов пьесы и режиссером-постановщиком стал Егор Дружинин. Накануне премьеры он дал интервью «Городским новостям».
1 / 2
– Егор, русский город, первый русский театр и... «Еврейское счастье». Как появился Шолом-Алейхем?

– В самом вашем вопросе содержится интрига: вы противопоставляете русский город еврейской теме. Ни одна другая страна мира не может похвастать таким количеством евреев, которые проживали на ее территории. В России до революции 1917 года евреев жило больше, чем где бы то ни было. К сожалению, все последующие события в нашей стране были направлены на то, чтобы количество евреев приуменьшилось. Это, конечно, катастрофично, ведь каждый народ самобытен. И когда он существует внутри многонациональной страны, он ее обогащает.

Все разговоры о чистоте нации, чистоте культуры – только от скудоумия. Чем больше культур внутри мультикультурного государства, тем его культура богаче, интереснее, разнообразнее, самодостаточнее. Поэтому спектакли про евреев или спектакли еврейских авторов не должны идти только в еврейских театрах. Если кто-то захочет поставить замечательную пьесу автора любой национальности – это не должно вызывать вопросов. Мы же не задаемся вопросом: почему ставим Кобо Абэ, Мольера… Хотя, наверное, Мольер нам понятен – это все-таки классическая драматургия.

– А что в постановке может быть созвучным универсальному человеку, безотносительно его национальности?

– Пьеса самодостаточна сама по себе, она не про национальность. Она про то, что каждый зритель может себя ассоциировать с главными героями и всеми другими персонажами. И, мне кажется, это единственно правильный ход. Я был бы рад, если бы зритель проецировал себя на того или иного персонажа. В этом-то и заключается самая главная функция театра – чтобы люди в персонажах узнавали себя. И задавали бы себе вопрос: а что бы они сделали на месте главного героя? Тогда работает технология узнавания.

Я полагаю, что история, которая происходит с нашими героями, – жизненна и, как ни странно, очень актуальна. Немногие из нас могут похвастать благополучием, финансовым в том числе. Наш герой как раз пытается вылезти из финансовой дыры. Он, если называть вещи своими именами, нищий, а у него жена, дети, которых надо кормить. И чтобы поправить свое финансовое положение, он пускается в путешествие, которое преподносит ему множество сюрпризов. В этом путешествии он внезапно обогащается и также внезапно все теряет. Пытаясь подвести под это философскую базу, он выходит с теорией еврейского счастья. Она в том, что счастье прячется не там, где оно очевидно, не там, где достаток, не там, где деньги. Счастье – оно все-таки в любви. Я думаю, что это счастье не только еврейское, это любое счастье.

Другое дело в том, что наша история притчевая, она обрамлена характерным еврейским юмором и отношением к жизни, еврейской философией, традициями.

– Первоначально премьера спектакля планировалась еще на прошлый сезон. Но случился коронавирус – и все ограничения, с ним связанные. В результате спектакль выходит позже на полгода. Эта отсрочка как-то повлияла на него, на трансформацию первоначального замысла?

– Над спектаклем начали работать, когда еще лежал снег, и должны были выпустить его в мае. Но… Мы получили роскошную возможность на протяжении достаточно долгого количества времени репетировать на сцене с декорацией. Это редкость. Если бы театр работал в обычном режиме, максимум, что бы у нас было, – неделя на сцене. На все! На перестановки, на звук, на свет, на прогон. Сейчас же мы максимально прогоняли спектакль на сцене, благодаря чему смогли максимально освоить декорацию, пространство сцены, репетировать в фактических размерах. Это, конечно, редко случается. Поэтому я даже отчасти признателен карантину.

– Вы и на телевидении работали, и в театрах Москвы, Санкт-Петербурга ставили спектакли. А как вам театр Ярославля?

– Ярославский театр – один из немногих театров России, который очень громко заявляет о себе. Мне и город нравится, и артисты нравятся, и сам театр нравится, и люди, которые в этом театре работают. Поэтому я надеюсь, что театр позовет меня еще.

– Театр – драматический, и актеры здесь драматические. А в спектакле им приходится много петь, танцевать…

– Я же тоже окончил театральный вуз, как и они. Не важно, в каком городе, но везде учебная программа одинаковая. И она предполагает, что актеры умеют петь и танцевать. В Волковском театре очень много танцующих и хорошо поющих артистов. А для тех, кому это со времен студенческой скамьи подзабылось, это чудесная практика. Обычно актеры к такой возможности относятся с радостью. Когда еще у них будет подобный вокальный и танцевальный тренинг?

Но надо отдать должное, в этом театре идет несколько музыкальных спектаклей, здесь хороший оркестр. У Волковского есть свои хорошие традиции, относящиеся к музыкальному театру. Замечательный спектакль «Москва – Петушки», там ребята поют, очень много двигаются. Не просто танцуют. Есть определенные мизансцены, ритмизированные.

Спектакль у нас хоть и мюзикл, но не бродвейский. Это все-таки особый спектакль, мы не ставили задачи, чтобы он соответствовал классическому жанру мюзикла. Поэтому у нас и минималистичная декорация. Это спектакль-притча. Соответственно, мы пытаемся использовать хореографию как средство передачи эмоциональных и ассоциативных вещей.

Например, мы в хореографии не хотели впрямую повторять еврейские традиционные мотивы. Мы шли исключительно по ряду ассоциаций, которые рождаются либо от сюжета, конкретного события, либо от нашей придуманной, условной традиционности. Я рассматриваю персонажей как людей с определенными традициями. Люди, которые знают еврейские обряды, наверное, будут разочарованы. Мы их не повторяем. Но у нас и такой задачи не было. Мы хотим зрителю просто передать ощущение, что традиции есть. Мне кажется, традиции и обряды должны быть у всех, за них нужно цепляться. Нужно отдавать дань уважения, интересоваться традициями и обрядами соседей, но при этом очень важно помнить свои собственные.

– Современной широкой публике все-таки больше известны ваши танцевальные проекты на телевидении. Как преломляется ваш опыт хореографа здесь?

– Хореограф и режиссер – профессии близкие. И тот, и другой организовывает движение. Только хореограф организовывает движение внутри пространства, а режиссер – действие или внутри определенного пространства, или внутри определенной системы координат. Разница в том, что хореограф, если у него нет театрального образования, не совсем понимает, как существует актер на сцене, потому что привык видеть все со стороны. А режиссер должен понимать, как актер действует, находясь на сцене. Но есть и такие режиссеры, которые оставляют это за артистом, не вмешиваются в то, как актер выстраивает роль. Так как у меня есть опыт и актерский, и танцевальный, я отношу себя к режиссерам, которые очень ценят форму, но и понимают, что форма без содержания существовать не может.

– Кого из своей команды вы привлекли к работе над спектаклем?

– Я позвал в работу двух художников – Ясю Рафикову и Веру Никольскую. Для Веры это премьера на волковской сцене, Яся выпускает уже второй спектакль в этом театре. Также я пригласил Диму Масленникова быть хореографом этого спектакля. 90 процентов всей хореографии принадлежит ему, и лишь десять – мне. Еще я познакомил этот театр с замечательным специалистом по вокалу Ульяной Чеботарь. Она не просто педагог по вокалу, а практикующая актриса в большом количестве мюзиклов и драматических спектаклей, в том числе и пластических. Мы с ней давно вместе работаем, и она очень хорошо знает, что мне нужно, какие вещи я преследую.

На самом деле мы все преследуем одну и ту же цель – очень ценим инициативу. Например, если актер начинает просто выполнять задачу, я понимаю, что неправильно его сориентировал. Ведь самое ценное, что может сделать режиссер, – это увлечь артиста, заразить его. И тогда уже жди предложений от артистов.

– А здесь от артистов много поступало предложений?

– От большинства – да. Но не от всех. Кто-то еще несколько растерян. Спектакль очень густонаселен. В нем – 27 человек, а если считать дубли, то больше 30. Для многих это совсем в новинку, и они пытаются найти свое место в этом спектакле. Но я думаю, им просто нужен индивидуальный подход. Когда начинаешь разговаривать с людьми, становишься им понятным, тогда они идут за тобой.

Конечно, некоторых отвлекают те вещи, которых нет в обычных спектаклях. Например, необходимость уметь работать с микрофоном, со звуком, с реквизитом, танцевать и петь одновременно. Плюс транслировать те вещи, которые должен актер транслировать по персонажу или по роли. Это непросто, это самый сложный синтетический жанр, какой только можно придумать.

– Вы довольны результатом?

– Да, конечно. Немного нас отвлекает ремонт в театре. Но это неизбежно, тем более если мы хотим, чтобы зрителю все понравилось.

– Вы все время, что работали над спектаклем, проводили в театре или успели посмотреть город?

– Город я, конечно, посмотрел. Репетировали мы достаточно долго, и до этого я здесь работал, так что город я более или менее знаю.

– И какие впечатления?

– Мне нравится Ярославль, очень уютный. Достаточно многое успел посмотреть. Были и в монастыре, и в храме Ильи Пророка. Ездили на тот берег Волги, ходили к нашим друзьям. Было бы время и была бы возможность, мы бы еще куда-нибудь залезли. Так что Ярославль нам стал поближе. Время от времени я езжу играть в футбол с актерами и нашими друзьями. Более того, я еще играю в бейсбол, и этим летом играл как раз за ярославскую команду. Мне приятно, что мои знакомые, с которыми я сошелся на спортивной почве, тоже пришли на премьеру, они следят за тем, что я здесь делаю.

– Не так давно у Волковского театра были непростые времена, кипели страсти, и в результате в прошлом сезоне поменялся художественный руководитель…

– Меня эти страсти никоим образом не касаются. Мне приятно, что решение, принятое прошлым руководством, было одобрено нынешним руководством, и спектакля это не коснулось, нам удалось его выпустить. ?
Автор: Ольга Скробина
Городские новости, №89

Комментарии

Другие новости раздела «Культура»


Здесь могла быть ваша реклама

Муниципальные правовые акты

Вы можете ознакомиться с муниципальными правовыми актами.
Подробнее.

Свежий номер

Читать

Связаться с редакцией
Приёмная:
+7 (4852) 30-76-08
Эл. почта:
Здесь могла быть ваша реклама