16:29
5 августа,
четверг 2021
°С
Ярославль,
Ярославская обл., Россия
Мы в Telegram
23 Декабря 2009
Общество

Дедовщина под знаком вопроса

Работа ярославских военкоматов оставляет желать лучшего – так считают в Комитете солдатских матерей. Неполный и состав медицинских комиссий: в одном месте недосчитались хирурга, в другом – оториноларинголога, в половине военкоматов города наблюдается отсутствие психиатра. Но это только одна из проблем.За здоровье заплатят?Часто родители призывников обращаются в судебные инстанции по возмещению вреда здоровью их детям, так как считают, что медкомиссия необъективно оценила состояние здоровья призывника.

Такая ситуация в семье Захаренковых. Совершенно больного Дмитрия – проблема в шейном отделе позвоночника, аномалия Арнольда-­Киари, подозрение на эпилепсию и многое другое – Заволжский военкомат призвал на службу. Медицинская комиссия никаких серьезных заболеваний у молодого человека не обнаружила, хотя на самом деле должна была дать категорию В – «не годен в мирное время». Прибыл Дмитрий в воинскую часть под Москвой, стал служить Родине.

Учебка, километровые пробежки, собирание­разбирание автомата – все здорово, только стали вдруг у Дмитрия заболевания прогрессировать. Начались такие боли, что солдат кричал по ночам. Походы молодого человека в медсанчасть толку не дали: помощь ему не оказывали, разве что витаминами кормили. В конце концов мама солдата Марина Германовна забила тревогу. В части ее доводам вняли и отправили Дмитрия на обследование в госпиталь Подольска. Каков результат? Признали годным! Неужели, покушав солдатской кашки, совершенно больной молодой человек излечился? Пришлось Комитету солдатских матерей писать письма в Министерство обороны, в Центральную военно­врачебную комиссию. Дмитрия отправили на повторное обследование, но уже в Военно­клинический госпиталь имени Вишневского. И там его признали­таки негодным к прохождению воинской службы. Парень вернулся домой и стал готовить документы в суд.

– А что ему еще остается? Больным полгода продержали в войсках, где он не получал медицинской помощи, – говорит председатель Комитета солдатских матерей Павел Колесников. – Те заболевания, что у него имелись, обострились, более того, появились новые! Как логическое следствие данного инцидента – мать призывника подала в суд иск о возмещении вреда здоровью на сумму в 100 тысяч рублей.

Специалистов из Комитета солдатских матерей пригласили на суд по делу Захаренкова в качестве свидетелей. Слушания отложили до 21 января, а маму Марину Германовну, несмотря на имеющиеся на руках необходимые документы по обследованиям, попросили найти врача­-специалиста, который поможет суду прочитать медицинские документы, подтверждающие наличие у молодого человека всех заболеваний, и опишет их характер. Так что придется женщине в ближайшие тридцать календарных дней хорошо поломать голову над тем, где бы этого самого врача отыскать, а главное – как уговорить его прийти на слушания.

Впрочем, Марина Германовна с задачей должна справиться, человек она пробивной – смогла как­никак военно­страховую выплату вытрясти, давать которую не очень­то хотели. Напомним – это денежная сумма, которую солдат получает, если во время прохождения службы нанесен вред его здоровью.

Солдат солдату помогает

Рабочее время сотрудника Комитета солдатских матерей чрезвычайно заполнено: то офисная работа, то просветительский час в школе по «ликбезу» в сфере прав и обязанностей призывника. Кроме внезапных повесток в суд возникают и другие причины нарушить привычный распорядок дня.

Например, в офис могут позвонить солдаты, уже однажды получившие от комитета помощь, и сказать, что желают оказать услугу брату­военному.

– Буквально только что звонили из военного госпиталя Ярославского гарнизона. Паренек один знакомый. Он разгружал ящики с боеприпасами в Рыбинске, получил травму руки, его положили в госпиталь. Стали выписывать, а он чувствует, что нездоров! Когда поднимает руку, у него сустав выскакивает. Лечение пришлось продолжить. Но звонил парень из­за друга. Там с ним один солдатик лежит, который во время занятий арм­рестлингом сломал руку. Есть подозрение на неуставные отношения. Мы выезжаем немедленно. Вы с нами? – спрашивает Колесников.

А кто откажется… Тем более что заговаривают о дедовщине в наших ярославских частях нечасто.

Итак – прибыли. Зовут солдатика Эльдар Сейдаметов, проходит службу у нас в Шевелюхе, сам из Тульской области. Учебка оказалось местом неплохим, только вот нога в карауле опухла – пришлось лечь в расположенную в поселке медсанчасть, находясь на территории которой вместо долгожданного выздоровления молодой человек получил еще больший ущерб здоровью. Кто захочет замять дело, объяснит ситуацию просто: поскользнулся – упал – очнулся – гипс. Да с кем не бывает?! Кто­-то, кривя душой, заверит, что невысокий утонченный солдатик в очках, бахвалясь собственной «недюжинной силищей», сам заставлял старослужащих устраивать с ним бои по всем правилам армрестлинга. Мы же, уважаемый читатель, оторвавшись от суровой реальности, постараемся с вами вообразить следующую картину.

Как хрустят кости

Представим себе ребят бывалых, старослужащих, у которых «дембель» скоро. Развлекаются они как могут, даже находясь на территории военного госпиталя. Скажете, что может быть веселого в стенах больницы? Незаурядный ум найдет... Например, очень весело ловить выздоравливающих «духов» и заставлять их песни всякие петь, светомузыку устраивать: махать над головой майками и произносить при этом всякие не подходящие ситуации и месту реплики. Весь «экшен» можно снять на камеру телефона – на гражданке, мол, внукам показывать будете, как служили. Что?! Не хотите плясать под нашу дудку?! Кулаком заставим!

Впрочем, волков бояться – в лес не ходить. В нашей истории, соскучившись по нормальному человеческому общению, отправился Эльдар в соседнюю палату: с другом поговорить, как-никак призывались вместе. Разговора не вышло, зато в коридоре удалось расслышать, как кто-то громко произнес: «Иди-ка сюда!» Здраво поразмыслив, Эльдар не обратил на голос внимания, вернулся в палату, но тут к нему пришли гости: хочешь или нет, пришлось идти.

Один из весельчаков усадил Эльдара на стул и устроил непринужденный разговор: стал расспрашивать молодого человека, откуда он, какая у него национальность, какую веру исповедует, где учился. А потом – ха! Новость! Да Эльдар, оказывается, не совсем ботаник в очках – он еще и качок! Бугага! Армрестлингом типа непрофессионально занимался? Ну-ка, докажи!

Если предположить, что не было дальше никаких неуставных отношений, то картина происходящего разворачивалась следующим образом. Худенький мальчик в очках, совершенно не принуждаемый к драке и незапуганный, бравируя перед «дедами» собственной силищей, выбрал из толпы свежих призывников кого помощнее – «высокого и полного» – и уселся с ним за стол скрестить кости. Тот, второй, с виду не очень горел желанием принять вызов, но старослужащие разумными доводами его упросили-таки устроить шоу. И тот, как и Эльдар, то ли по доброте душевной, то ли из уважения к опыту «стариков» согласился. Что двигало соревнующимися – история не сохранила, но бились парни насмерть. Первый бой получился неудачным – соперник оторвал от стола локоть. Переиграли. И тут, подгоняемый одобрительными возгласами друзей-старослужащих, Эльдар вошел в раж. Сцепленные мертвой хваткой ладони замерли в центральной точке. Эльдар стал клонить руку соперника к столешнице, и вдруг – хруст.

«Как видите, никакого давления! – могут заверить вас старожилы. – Чувак сам себе руку сломал!»

Получив травму, молодой человек ни к какому специалисту не обращался, просто заорал на всю палату. Медсестра сама прибежала, наложили шину.

Готовится съехать

– Как рассказывает юноша, после того как он получил травму, офицеры к нему не приезжали, показания не снимали. Никаких объяснительных он не писал. Это значит, что административное расследование не проводилось: никто никуда ничего не докладывал. А ведь при факте травмы такое расследование должно быть. Командир части должен назначить дознавателя, тот в установленный срок обязан определить, кто виноват, как все было, и отрапортовать командиру. Далее издается приказ, если виновные выявляются, они наказываются. Если имеется состав преступления – следует обращение в прокуратуру. Ничего такого здесь мы не увидели. Поэтому для молодого человека единственный выход – написать заявление, – считает Павел Колесников.

Некоторые призывники, не разбирающиеся в своих правах или не верящие в силу закона, могут отказаться писать подобное заявление: вдруг, когда выпишут, там, в роте, их совсем загнобят? Эльдар, например, ни обратись его товарищ по палате в Комитет солдатских матерей, наверняка никаких бумаг составлять не стал бы. И что бы его тогда ожидало в будущем? Служба в одной роте с увлеченными «ценителями» армрестлинга?

Теперь же у него появилась отличная возможность, оставив службу в ярославской части, перевестись туда, где к нему будут относиться не как к спортсмену, а как к военнослужащему.

Когда молодому человеку рассказываешь, как ярославские ребята мечтают служить поближе к дому, он отвечает:

– Меня в Ярославле ничего не держит. Учебка, конечно, замечательное место, но в санчасти у меня начались проблемы. Было бы здорово забыть о них, тоже на службе, но где-­нибудь в другом месте, в другой области.

Автор: Владислав КУКРЕШ

Комментарии

Другие новости раздела «Общество»

Читать