18:49 Понедельник, 8 Марта 2021
12+
ЭЛ№ФС 77- 75974 от 19.06.2019 +7 (4852) 30-76-08 news@city-news.ru

Легко ли жить по совести

10 Января 2007
Накануне Нового года состоялась презентация автобиографической книги генерала КГБ, бывшего начальника ярославского управления органов госбезопасности Александра Семеновича Разживина «О времени и о себе». Эта книга, над которой он, по его собственным словам, работал в последнее время по 12 и более часов в сутки, выходит в эпоху усиления позиций спецслужб. Случайно ли красной нитью в ней проведена мысль о служении Родине и о том, как опасно стать слепым исполнителем распоряжений, спущенных сверху?  
Ярославль - могильщик Советского Союза и колыбель «революции»?

Еще не написано исследование, придирчиво и тщательно - как будто с «лупой» - анализирующее роль Ярославля в истории российской перестройки. Но даже видимые невооруженным глазом узловые моменты исторического процесса впечатляют. Именно Рыбинск и Ярославль дали путевку в жизнь Юрию Владимировичу Андропову - будущему шефу КГБ, генеральному секретарю ЦК КПСС, который, судя по многочисленным свидетельствам, и был подлинным автором реформ. Архитектор перестройки - Александр Яковлев - тоже наш земляк. Первая крупная забастовка рабочих в Советском Союзе произошла в Ярославле. У нас впервые заявил о себе народный фронт. Какие же силы, впоследствии разрушившие Союз, зародились в «котле» нашего промышленного, с высокой концентрацией населения, с большой прослойкой технической и гуманитарной интеллигенции, региона?

...Начало восьмидесятых годов прошлого века. Время, которое позднее окрестили застоем. Формально экономика развивалась. К примеру, в Ярославской области строили такие крупные промышленные предприятия, как Тутаевский моторный завод, заводы «Машприбор», «Альтаир», реконструировали оборонные предприятия Рыбинска. Но...
- На заводах процветало разгильдяйство, на которое сверху смотрели сквозь пальцы, - вспоминает Разживин. - Рабочие, глядя на все это, действовали по принципу «поднял и... бросил». Эта зараза поразила всех.

В своей книге Александр Семенович рассказывает о беспрецедентном случае. С Ярославского радиозавода были отправлены на Ташкентский авиазавод более ста радиостанций, не прошедших регламентные испытания. Ярославские чекисты подготовили секретный приказ - на месте тщательно проверить каждую радиостанцию. Почти вся продукция оказалась непригодной! А ведь это - прямая угроза жизни экипажей и пассажиров, космонавтов.

В ходе оперативной разработки выяснилось, что руководство завода было приглашено в обком партии. И там в не терпящей возражений форме ему заявили: «План поставок продукции надо выполнить любой ценой. Наша область по показателям должна оставаться в числе лучших».

В угоду статистике пошли на откровенный подлог! Кто понес ответственность? В обкоме партии никто. Не пострадало и руководство радиозавода. Козлом отпущения сделали военного представителя, оформившего «липовую» документацию.
На «Машприборе», который переоборудовался по последнему слову зарубежной техники, и на Тутаевском моторном заводе пылившиеся на складах, а то и просто сваленные под открытым небом станки в отчетах фигурировали как выпускающие продукцию. Сообщения об этом областного управления КГБ оставались гласом вопиющего в пустыне.
- Скажу откровенно, я не располагал ни одним документом, чтобы за такое разгильдяйство кто-то понес наказание, - говорит Разживин. - Рыба тухла с головы.

Против новоярославской АЭС
Тухла? Или отращивала «золотой панцирь»? Тогдашнего первого секретаря обкома КПСС Федора Ивановича Лощенкова соратники в узком кругу называли царем Федором Иоановичем ...

Отношения Разживина и Лощенкова не заладились с самого начала. Партийный руководитель, по сведениям из компетентных источников, желал посадить на вакантное место начальника управления КГБ человека из своего окружения. Но не получилось. И он так холодно принял назначенного в его вотчину варяга, что Разживин сгоряча чуть было не подал рапорт об отставке. С тех пор в кулуарах только и было разговоров, что о их жестком противостоянии. «Бодались» они по разным поводам. Не углубляясь, можно принять версию Александра Семеновича, что Разживина возмущали доклады, носившие «характер восхваления успехов, которые, увы, далеко не всегда можно было обнаружить».

Разошлись мнения первого лица области и главного ярославского чекиста и по вопросу строительства в Ярославской области атомной электростанции с реактором чернобыльского типа. Лощенков считал, что развивающейся промышленности региона она необходима. Разживин эту идею категорически не поддержал.

- При строительстве подобных объектов требовалось согласование с территориальным органом госбезопасности, - вводит в курс дела Александр Семенович. - Поступил такой запрос и к нам. Были предложены три точки на территории области, в том числе в районе нефтеперерабатывающего завода. Система охлаждения должна была работать на волжской воде. Мы посчитали, что строительство АЭС почти сразу после чернобыльской катастрофы да еще и в таком густонаселенном районе спровоцирует осложнение политической ситуации. А она и так уже была «чревата». К тому же застойная «дисциплина» вряд ли гарантировала достаточный уровень безопасности объекта.

- Сейчас многие историки, в том числе и бывшие сотрудники КГБ, пишут о том, что реформы, впоследствии названные «перестройкой», задумал провести шеф КГБ, позднее ненадолго ставший руководителем страны, Юрий Андропов. Мол, он предчувствовал, что застой сулит стране гибель. Проект «перестройки», созревший в недрах Комитета госбезопасности, - что вы на это скажете? - задаю вопрос.

- Реформы действительно были предопределены Андроповым. Он понимал, что дальше так жить нельзя. Но его концепция не затрагивала основ экономики: борьба с коррупцией, дисциплина, наведение порядка во всех сферах хозяйствования - вот что его волновало. Ни о какой многопартийной системе речь не шла, - ответил Разживин. Как и кремлевский борец с застойными традициями, ярославский чекист ставил во главу угла не политические ноу-хау, а честное отношение к делу. С личностями - не боролся. И если Разживина и Лощенкова судьба развела, то тут сама история подсуетилась.

...Лощенков с повышением отбыл в Москву - его назначили председателем Роскомитета по материальным резервам - и на проекте Новоярославской АЭС поставили жирный крест. И это был не последний удар по самолюбию бывшего руководителя. Согласно тогдашнему обычаю, Федора Ивановича выдвинули делегатом от нашей области на очередную партийную конференцию. Но после массовых выступлений протеста вслед за опубликованным в «Правде» письмом сотрудницы областной библиотеки А.П. Малыгиной, по мнению которой с именем Лощенкова «связано слишком много горьких страниц в жизни Ярославщины», ведь «за четверть века его руководства область скатилась вниз по многим показателям...», Федора Ивановича задним числом исключили из числа делегатов.

У нас казаков нет

То, что власть действительно потеряла авторитет в глазах народа, проявилось в 1989 году, во время первой в СССР забастовки - на Ярославском моторном заводе.

- Действия руководства завода спровоцировали явное недовольство, грозящее вылиться в массовый протест, - вспоминает Александр Семенович. - А ведь в то время на моторном работал сорокатысячный коллектив. Управление КГБ поставило в известность дирекцию завода и обком КПСС. Однако руководители огромного промышленного комплекса даже не прошли по цехам, не поговорили с людьми. В одном из наиболее тяжелых по условиям труда - литейном цехе возникла инициативная группа. На следующий день люди вышли на свои рабочие места, но к работе не приступили, сделав все по западному образцу.

...В обкоме - большое совещание. Никто не знает, что делать. Большинство предлагает разогнать «бузотеров». И смотрят на Разживина.

- Докладываю, что народ разогнать не могу, - воссоздает события того времени Александр Семенович. - Во-первых, у меня нет казаков, во-вторых, лошадей и сабель тоже нет. Разгонять рабочих мы не будем. Сажать тоже. А вот всем сидящим здесь нужно немедленно ехать на завод и разобраться в причинах, приведших к такому неповиновению.
Так и получилось. Митингующие добились выполнения своих требований.

- Были горячие головы, предлагавшие пару-тройку главарей посадить - сразу, мол, успокоятся остальные, - продолжает генерал-чекист. - Я это мнение не разделял. Народный фронт, как организация масс снизу, была естественным движением, рожденным самой жизнью. И его никакими репрессивными мерами нельзя было остановить.
Осенью того же года помощник председателя КГБ СССР Крючкова уведомил ярославских чекистов, что на круизном теплоходе вверх по Волге следует известный в мире разведчик, бывший глава гэдээровской «Штази» Маркус Вольф с супругой. Встречу устроили «без галстуков».
...Березовая роща на берегу Волги. На скатерочке - шашлыки, напитки.

- Вы не чувствуете, что у вас назревают события, которые обернутся трагедией не только для вас? - сказал тогда захмелевший Вольф. - Они станут могилой и для ГДР. Детали этих событий трудно сегодня предсказать, и меня удивляет только одно: мер по предупреждению негативных проявлений по развалу Союза, а они видны невооруженным взглядом, никто - ни в Политбюро, ни в Правительстве, ни в КГБ - не предпринимает. А ведь огромная страна, великая держава, по существу, идет в разнос.

Нарыв прорвался во время противостояния Ельцина и ГКЧП. Ярославское управление КГБ, по сути, соблюдало нейтралитет, предоставив борющимся силам разбираться между собой. Почему?

- Не могу не сказать нескольких слов о ГКЧП, поскольку не согласен, что это был путч, - добавляет Александр Семенович. - По моему мнению, то был первый в нашей стране не подковерный, а открытый акт борьбы за власть. Одни не умели руководить и упустили бразды правления. Другие рвались к власти. Народ в этом не участвовал.

Пытка смутой

Но трагедия в том, что ослабление власти, как бы ни скомпрометировала она себя, ведет к смуте... страданиям... гибели многих ни в чем не повинных людей.

Не смута ли была подлинной виновницей смерти внука Александра Семеновича Разживина - Максима Рванина, члена экипажа подводной лодки «Курск»? К слову, пожелай Максим выбрать гражданскую специальность, разве не помогли бы ему обширные связи деда-генерала? Но не таким он был человеком, чтобы прятаться от опасностей военной службы.

Накануне гибели внука супруга Александра Семеновича шла через Демидовский парк. Навстречу - цыганка. Подходит и вдруг спрашивает, мол, что не смотришь в глаза, любезная? Ты скоро перешагнешь через труп!
А в конце декабря минувшего года, буквально через неделю после выхода книги Разживина, умерла мама Максима, дочь Александра Семеновича, Наташа.

- Возможно, она не так мучительно перенесла бы утрату сына, если бы правительство и руководство ВМФ сразу и честно сообщили о гибели экипажа «Курска», - с горечью говорит Александр Семенович. - А из эфира летели слова: «Живы, стучат, воздуха хватит на несколько дней». И ничего не делалось для спасения. От иностранной помощи отказались. А подлодка лежала всего-то на глубине около ста метров! Эту пытку наша дочь перенесла, как и многие другие матери и жены, с большими, необратимыми осложнениями для здоровья.

...В последние годы мемуары высокопоставленных в прошлом сотрудников КГБ издаются так активно, что создается впечатление: неоднозначное на всем протяжении его истории ведомство усиленно пытаются отмыть после столь же неоднозначного периода очернительства. Большое заблуждение - ставить книгу Разживина в один ряд с этой литературой. Ведь тогда окажется, что все генералы КГБ старались жить по совести. А между тем Александр Семенович - не «все». Особенный! Не потому ли, что вместе с младшими братишками вырос на военных тошнотиках - «оладьях» из собранной весной в поле перемороженной картошки? А может, всю жизнь его душу бередили детские воспоминания о том, как ему, двенадцатилетнему пацаненку, выпала скорбная миссия разводить по соседним деревням горе горькое? Начнут читать доставленную им похоронку - и как посыплется с полатей, печи к столу голоштанная ребятня...А и хочешь забыть - не забудешь: после одной такой поездки, когда юный «почтальон», не сумев сладить с измученным конем, едва не замерз в пути насмерть (благо, мимо проезжал обоз с сеном), развилась астма. Мучает она Александра Семеновича вот уже больше шести десятков лет.

Не потому ли в свои семьдесят пять Александр Семенович вместо того, чтобы наслаждаться благами генеральского «заслуженного отдыха», снова готов встать в строй?
- Что, по-вашему, изменилось в деятельности российских спецслужб?

- В них произошла гораздо больше, чем смена поколений. Произошла смена идеологии. Органы безопасности - политический инструмент той страны, которая их учредила. Мы защищали рабочий класс, были его щитом и мечом его. Современные чекисты защищают интересы капиталистов и олигархов. Я ушел в отставку, потому что не мог служить этому богу. Происхождение другое. Воспитан по другому. Но и сейчас наши специалисты востребованы. Многие работают с большим повышением в звании. Важно помнить, что интересы Родины, безопасность страны выше классовых интересов.

Высокая мысль!!!
Автор: Ольга ПЕТРЯКОВА

Комментарии

Другие новости раздела «Общество»


Здесь могла быть ваша реклама

Муниципальные правовые акты

Вы можете ознакомиться с муниципальными правовыми актами.
Подробнее.

Свежий номер

Читать

Связаться с редакцией
Приёмная:
+7 (4852) 30-76-08
Эл. почта:
Здесь могла быть ваша реклама