02:56
22 сентября,
среда 2021
°С
Ярославль,
Ярославская обл., Россия
Мы в Telegram
20 Января 2010
Общество

Американец Джон с русскими корнями

Школьная история Джона Смита Джон Смит – американский девятиклассник из города Ашленда, штат Висконсин. Через три года он окончит школу и пойдет в университет. Прадеды Джона – русские дворяне, приближенные к царскому двору. Сто c лишним лет назад они бежали от революционной волны через Маньчжурию за океан. И вот недавно Джон побывал в нашей стране.

– Для меня загадка, – признался он, – почему в России в первый день учебы все приходят в парадной форме и с букетами в руках!

– А у вас разве все приходят в повседневной одежде?

– У нас вообще нет формы, в любые дни мы можем одеваться так, как захотим. И мы не отмечаем первое сентября. Но у нас есть field day – тридцать первое мая, когда вся школа выходит на огромное спортивное поле, где проводятся всякие конкурсы, спортивные соревнования и много всего интересного. В этот день все разрешено – даже кидать в учителей шарики с водой…

Сначала Джон пошел, как и все, в начальную школу. Хотя первые подготовительные классы – это даже не школа, а почти детский сад, где ребята учатся пару часов, а потом обедают и гуляют. С шестого класса начинается средняя школа – настоящая, из трех семестров, пятидневная и семичасовая, с каникулами на Рождество и Пасху. Сегодня же Джон – полноправный ученик старшей школы. Каждая американская школа – начальная, средняя и старшая – располагается в отдельном здании.

– Младшие добираются к месту учебы на автобусах, – рассказывает Джон. – Туда, кроме учеников, никто не может войти, даже родители. Их просто не пустят.

– А старшие ребята на чем ездят? На машинах? – вспоминаются мне голливудские киноленты.

– Конечно! У меня скоро день рождения, и родители обещали подарить автомобиль.

– Сколько же тебе лет?

– Шестнадцать. У нас ребята в этом возрасте уже получают права – и не надо никуда ездить, обучаться вождению можно прямо в школе. Все­таки это тоже образование. Вы бы видели нашу парковку! У меня был один знакомый, Джек Джонсон, который никогда не рассказывал о своих родителях, а потом мы увидели, в какую крутую машину он садится, и оказалось, что он сын миллионера!

– А для них нет специальных, элитных школ?

– Зачем? Школа для всех одна, вместе с нами учатся и дети­инвалиды, и ребята из суперобеспеченных семей, которых невозможно отличить от простых смертных, все то же самое: одежда, поведение.

Географ Кларк или географ Янг? Голосуем!

Джон Смит никогда не опаздывает на занятия и не прогуливает, потому что в Америке за опоздание не отделаешься замечанием в дневнике. На первом уроке преподаватель смотрит, кого из учеников нет, и тут же составляет и вывешивает список отсутствующих. Прогульщики несут наказание, точнее, не они сами, а их родители, с которых могут взять штраф и даже посадить в тюрьму на пару дней!

В школе действует служба охраны, которая зорко следит за пребыванием детей на уроках. Из здания до финального звонка никого не выпускают, даже к врачу нужно получить специальный пропуск от учителя.

– У нас в Ашленде в учебное время разъезжают специальные полицейские машины и проверяют, чтобы никто из школьников не находился на улице. Я сам однажды чуть не попался, когда в больницу ходил: справка в кармане затерялась. Хорошо, что я ее все­таки нашел.

К чему Джон не смог привыкнуть в русской школе, в которой учился по обмену, так это к ответам у доски. Не нравится ему, когда все разом его персону взглядами буравят. Зато сидеть за ученическим столом с кем­то на пару мистеру Смиту понравилось – в Штатах парты на одного человека рассчитаны.

– В российской школе веселее: можно поболтать при случае, – отмечает американский школьник. – К домашним заданиям я приспособился быстро, хотя в Америке их не задают. А вот чего я так и не понял – зачем нужны классные часы. Для того чтобы крепче любить Родину? Но разве в России ее кто­то не любит?

Сегодня Джон точно не знает, в каком университете продолжит обучение, а главное – на кого. Но предполагает, что, возможно, однажды вернется в родную школу в новом для себя качестве – преподавателем. И учить он будет учеников из класса «С» – учебные классы в американских школах называют по первой букве в фамилии учителя. Первое время, как и положено, Джон проработает учителем на заменах, а потом, если коллеги оценят его труд и способности, станет настоящим педагогом!

– Да к тому же и получать я буду прилично! – уверяет Джон. – На будущий год запишусь в группу advanced – это что­то вроде дополнительных занятий для тех, кто хочет знать больше. А знания мне нужны! Я ни за что не пойду к мистеру Кларку, географу, мне больше нравится второй учитель – мистер Янг. Вот он настоящий географ! Мы с ним в прошлом году в Кению ездили, посетили национальный парк озера Накуру. А еще мистер Янг нас понимает. С ним всегда и поговорить нормально можно, и посоветоваться. А вот Кларка ни один ученик не любит. Ставлю на что угодно: его года через два уже в школе не будет, так как никто его для занятий не выберет.

Гамбургеры – это в Германии…

– В коридорах ваших школ такой галдеж стоит, и ваши перемены такие большие, не в пример нашим: у нас только перейдешь из кабинета в кабинет – и звонок! Большая перемена только в обед, в течение которой старшеклассники могут съездить домой, – говорит ученик Смит. – Младшие ходят в столовую, а мы в холл. Есть два варианта обеда…

– Гамбургеры? – прерываю я.

– Да почему сразу гамбургеры? – восклицает Джон. – Что за дурацкое мнение? Мы их едим раза два-­три в неделю, а то и меньше, у нас в меню одни салаты! Почему весь мир прицепился к Америке, словно она придумала гамбургеры?! Вы в слово само вникните – «гамбургер»! Гамбург – это город в Германии! Немецкий купец двести лет назад во время поездки по Азии заметил, как хорошо готовят кочевые народы изысканное мясо. А когда вернулся в Гамбург, предложил повару приготовить нечто похожее.

И в заключение нашей беседы я спросила Джона о том, как развлекаются американские школьники, и он ответил следующее: сами придумывают и проводят бесчисленное количество разных мероприятий, а еще в здании школы работают кружки – танцевальные, спортивные и так далее. Сам Джон Смит играет в духовом оркестре на тромбоне.

– У вас что, есть оркестр духовых инструментов?

– Обязательно, в каждой школе. Человек сто пятьдесят играют. Я и мои друзья, чтобы отправиться в «Disneyworld», ездим по городкам, выступаем с концертами. Словом, зарабатываем. Мой лучший друг Мартин Хилл здорово играет и на трубе, и на фаготе, а еще на банджо – со старшим братом Томом у них дуэт. Они отличные парни!

Духовой оркестр! Нет в нем ни режущего ухо синтезатора, ни скрежещущей электрогитары. Духовой оркестр! Это история, это величие, это торжество смотрящей вперед нации! Жаль, что у нас в России благородная духовая музыка не так популярна.

Компетентно
– У нас есть специальная программа международного сотрудничества, которая реализуется каждый год. Это очень важная программа, – говорит заместитель директора департамента образования мэрии Ярославля Елена Иванова. – Очень многие наши ребята выезжали за границу в прошлые годы. Но в 2010 году скажется кризис. Теперь детям придется ехать за свой счет, что не все могут себе позволить. Что касается иностранных школьников, желающих ознакомиться с русской культурой, то принять мы их сможем в Доме творчества Фрунзенского района.

Автор: Даша КОЖАНОВА

Комментарии

Другие новости раздела «Общество»

Читать