13:25
22 октября,
пятница 2021
°С
Ярославль,
Ярославская обл., Россия
Мы в Telegram
28 Июня 2017
Общество

От тюрьмы и от сумы…

Колония –  город в миниатюре, утверждают сотрудники уголовно­исполнительной системы. И это действительно так. Здесь свои жители, администрация, столовая, прачечная, производство, школа, училище, клуб,  библиотека, медицинская и пожарная части. 14 июня, в день, когда  воспитательной службе УИС России исполнилось  60 лет,  ярославские журналисты, получив приглашение на экскурсию в исправительную колонию № 8, этот «город» увидели своими глазами.

И за учебу помолясь

Телефоны и паспорта сданы. Наше путешествие начинается с пункта «пропуска лиц»: высокие стены, колючая проволока, собаки и контрольно-следовая полоса, как на границе, фотографировать здесь нельзя. Чувствуем себя неуютно, но железная решетка за спиной уже захлопнулась.
 
Колония № 8 рассчитана на одновременное пребывание 1200 заключенных. Сейчас в ней немногим более 800 человек. Первое, что видим на территории, – православный храм Рождества Пресвятой Богородицы, освященный в сентябре 2009 года. В определенные дни сюда приходит священнослужитель. Почти четверть заключенных мусульмане, для них в клубе оборудована молельная комната. Разрешается иметь и предметы религиозного культа: коран, коврик.

Поступившие в колонию обязательно проходят карантин, после него распределяются в один из девяти отрядов. Те, кто успел «на воле» получить профессию, могут работать: в колонии есть швейное и деревообрабатывающее производства, свинарник и даже кондитерский цех. Если профессии нет, можно пойти учиться в профтехучилище. В том случае, когда осужденный не имеет образования, 9 классов он окончит здесь, причем в обязательном порядке. По желанию можно учиться и дальше, то есть получить и среднее образование, и профессию.

Там, где дают макароны

Самое хлебное место, конечно же, столовая. Специальность повара в колонии можно получить за полгода. Вообще, учиться и работать финансово выгодно. Осужденные получают зарплату, потратить которую могут, купив что-то в магазине или заказав, зайдя на сайт «ФСИН-заказ». Трудовой стаж тоже засчитывается.
У крыльца столовой две бутафорские пушки. Рядом металлическая конструкция с деревянными щетками. Назначение понятно даже тем, кто не служил в армии: до блеска начистить обувь.

Столовая встречает пожеланием приятного аппетита. После фильма «Джентльмены удачи» все знают, что «в тюрьме сейчас макароны…», но в колонии кормят гораздо разнообразнее. Горячее питание тут трижды в день, по медицинским показаниям есть и диетический стол. Помещение кухни отличается от кухни любого кафе лишь одной деталью: ножи здесь прикованы к стене прочными цепями.

Налево пойдешь…

Из столовой наш путь лежит в здание отрядов. По дороге видим указатель направлений. Оказывается, отсюда ровно 291 километр до столицы и 740 километров до Тамбова. Стрелочки ниже – как в сказке: «налево пойдешь, коня потеряешь…». Только в колонии это выглядит как «по закону живешь, в 1-й отряд попадешь». Мы идем именно туда.

В отряде – армейский порядок: ровные ряды двухъярусных кроватей, застеленных белоснежным бельем. Спальное место, табурет и тумбочка положены каждому заключенному. Где он будет спать, по прибытии в колонию определит начальник отряда. Из здания выходим в прогулочный дворик с лавочками и курилкой.

В отдельном здании ИК-8 расположена парикмахерская. Рядом – обувная мастерская и комната портного. Обувка, понятное дело, казенная. Зимняя выдается на два года, летние ботинки рассчитаны на год. В банно-прачечном комбинате крутятся барабаны больших стиральных машин, рядом сушилка и помещение для глажки.

Зарплата – сдельная

Заходим в местный магазинчик, интересуемся ценами. Покупателей в это время дня нет: кто учится, кто работает. В колонии налажено деревообрабатывающее производство, выпускают поддоны для Норского керамического завода, делают срубы, под заказ – детские песочницы и малые архитектурные формы для дач и детских городков.

– Сейчас мы пытаемся заключить с городом договор на производство скамеек, – говорит заместитель начальника колонии подполковник Александр Дьячков. – На швейном производстве выпускаем рыболовные костюмы, полотенца, чехлы для одежды.

А месяц назад в колонии появились новые рабочие места: открылся кондитерский цех. Зарплата у осужденных на всех предприятиях сдельная.

– Согласно действующему законодательству с осужденных, которые работают на производстве, вычитаются суммы на питание, коммунальные услуги и вещевое имущество, – поясняет Александр Дьячков. – Но при этом на руки они получают не менее 25 процентов. Свою зарплату могут потратить полностью.

Работа может приблизить день освобождения. С начала 2017 года из колонии № 8 по УДО освободились 18 человек. Условно-досрочное освобождение возможно при соблюдении трех условий: осужденный не нарушает режим, трудится на производстве и гасит судебные иски.

Преступление и наказание

При появлении руководства колонии осужденные вытягиваются в струнку. И кажется, что в колонии царит безупречное подчинение, что здесь живут тихо и мирно, хотя, конечно, конфликты бывают.

Внутри исправительного учреждения существует своя система наказаний. За провинность – ШИЗО, штрафной изолятор, до пятнадцати суток. Злостных нарушителей могут перевести в помещение камерного типа на срок до шести месяцев, практически это тюрьма внутри колонии. Самое строгое наказание – до одного года камеры – возможно с постановления начальника колонии.

Вопреки нашим представлениям телефонные разговоры с родными и близкими разрешены без каких-либо ограничений. Но только по таксофону, мобильных телефонов быть не должно.

Выходим на свободу тем же путем: решетка – колючка – собаки – решетка, получаем обратно телефоны и паспорта. Чуть больше часа в колонии хватило, чтобы понять: жизнь здесь организована неплохо, но на воле все-таки лучше…
Автор: Ирина Штольба
Фото автора

Комментарии

Другие новости раздела «Общество»

Читать