14:57 Пятница, 22 Января 2021
12+
ЭЛ№ФС 77- 75974 от 19.06.2019 +7 (4852) 30-76-08 news@city-news.ru

История одной ссоры

12 Августа 2009
        Перефразируя один афоризм, можно утверждать: «Тот, кто любит историю и колбасу, не должен знать, из чего они делаются». Сейчас в России формируются несколько мифов.        Версии и факты        В этом нет ничего плохого или хорошего. Создание исторических и культурных мифов было присуще всем временам. Одним из новых мифов является не так давно учрежденный День народного единства. Пока этот миф не оформился окончательно, не превратился в непреложную истину, позволю себе несколько критических рассуждений. Поводом для них стали документы, имеющие к новому празднику самое непосредственное отношение. Это два описания того, как в Ярославль прибыло ополчение Минина и Пожарского. В одном из документов говорилось о том, что ярославцы приняли прибывшее войско весьма дружелюбно, дав богатые дары, от которых нижегородцы любезно отказались. В другом документе изображена менее идеалистическая сцена – ярославские купцы наотрез отказались давать деньги Минину, и тот в ярости едва не учинил над ними скорую расправу. Так что же произошло в начале марта 1612 года в Ярославле?

        Вопреки распространенной версии осенью 1611 года нижегородцы отнюдь не были объяты всеобщим патриотическим порывом. Об этом говорит хотя бы тот факт, что грамота, в которой содержался призыв собирать ополчение, осталась фактически без внимания. Сам Минин тоже не выглядел в то время православным подвижником и ярым патриотом. Свое знаменитое обращение к народу он сделал только после целого ряда не слишком радостных для него событий, так сказать, потустороннего характера. К нижегородцу трижды мистическим образом являлся преподобный Сергий Радонежский с призывом собирать ополчение, и трижды Кузьма Минин оставлял эти таинственные события без внимания. По своей структуре этот сюжет является типичной искупительной жертвой (нагрешил – исполняй службу).

        Чем прогневал небеса Минин, неизвестно. Но факт остается фактом, проигнорировав призыв постоять за Отечество, он слег с тяжелейшей болезнью. Только после этого – фактически поневоле – пришлось ему обращаться к жителям города. Поведение самих нижегородцев тоже мало напоминало всеобщее воодушевление. Они наделили Минина чрезвычайными полномочиями. Мол, тебе это надо, ты и занимайся. Свои обязанности Кузьма понял весьма специфически: он начал проводить то, что сейчас называется повальной экспроприацией. Позже историки предпочитали останавливать свой взор на добровольных пожертвованиях богатых вдов, но смущенно отворачивались от малоаппетитных сюжетов с отрубанием рук и правеже на дыбе тех, кто не захотел жертвовать на доброе дело.

          Именно в этих условиях из Ярославля в Нижний Новгород прибыли гонцы. Они сообщали, что поляки направили в Ярославль специальную экспедицию, чтобы не дать нижегородцам соединиться с другими отрядами, направлявшимися в наш город. Этот сюжет интересен двумя моментами. Во­первых, из Ярославля пришел не призыв о помощи, а фактически приказ. Во­вторых, очевидно, что Ярославль как место сбора очередного ополчения был выбран задолго до того, как Минин произнес свою знаменитую речь. Это подтверждает грамота, направленная весной 1611 года из Ярославля в Казань. Ярославцы просили присылать войска для освобождения Москвы. Считалось, что речь шла о первом, «рязанском» ополчении. Но на тот момент, когда была написана упомянутая выше грамота, войска Прокопия Ляпунова, предводителя первого ополчения, находились уже под Москвой.

        Второе ополчение

        Согласитесь, путь из Поволжья к Москве лежит ну никак не через Ярославль. А значит, речь шла о сборе нового – второго – ополчения. К слову сказать, если грамота была направлена в Казань, то аналогичные могли быть направлены в Нижний Новгород и другие поволжские города. Если сделать поправку на время, на нерасторопность нижегородцев, то получается, что в Нижнем Новгороде была зачитана именно ярославская грамота, хотя принято считать, что она пришла из Свято­Троицкой Сергиевой лавры. Ярославское происхождение грамоты может объяснить странную на первый взгляд фразу Минина: «Заложим имущество, жен и детей наших». Заложить что­либо в данной ситуации можно лишь третьей стороне. В этом случае таковой могли быть только англичане, которые давно имели в Ярославле свои фактории и экономии.

         От «неустройства» в Российском государстве английские купцы несли огромные убытки. В итоге ополчение 1612 года можно считать «совместным проектом» английских и ярославских купцов, и хотя бы в силу этого называть ополчение «нижегородским» не очень корректно. Ярославцы выступали поручителями, а англичане давали деньги на наведение порядка в стране. Только так можно объяснить появление у ополчения английских пушек и пищалей. В этих условиях появление «финансового диктатора» Минина, которого в Ярославле никто не наделял особыми полномочиями, естественно, было воспринято без восторга. Его поведение в отношении ярославских купцов в документах было описано как «велика жестость». Судя по всему ярославцев от скорой расправы спасла позиция английских купцов. Дескать, с этими людьми мы готовы иметь дела, а вас, сударь, видим в первый раз.

          Раздача «пряников»

          Так чем же в итоге закончилась эта ссора? С одной стороны, можно считать, что Минин все-таки одержал верх. Впрочем, не все столь однозначно. После того, как на престол взошел Михаил Федорович, первый царь из династии Романовых, началось подведение итогов, так сказать, раздача «пряников». Английские купцы получили исключительное положение в России, что даже нередко шло в разрез с национальными интересами. К слову сказать, ситуацию удалось в корне изменить только после того, как Кромвель казнил Карла I Стюарта. Это стало поводом для того, чтобы лишить английских купцов их чересчур привилегированного положения в делах внешней торговли с Россией. Ярославские купцы не только были провозглашены «государевыми гостями» (одна из высших форм благодарности), но и получили на откуп целые отрасли хозяйства, которые имели едва ли не стратегическое значение – поставки к царскому двору, солеварение, торговля пушниной, добыча ценных сортов рыб на Волге и Каспии и т.д. Ярославль, который во времена Ивана Грозного «скатился» до уровня посада Спасо­Преображенского монастыря, вновь превратился в самостоятельный город, которому были предоставлены огромные налоговые послабления.

           Почти на целый век наш город превратился в купеческую столицу России. В то же самое время Нижний Новгород особых льгот не приобрел. Сам же Минин в качестве вознаграждения получил во владение небольшое село Богородское и дворянский титул. Комментарии, как говорится, излишни.

Автор: Андрей ВАСИЛЬЧЕНКО, кандидат исторических наук

Комментарии

Другие новости раздела «Из истории»


Здесь могла быть ваша реклама

Муниципальные правовые акты

Вы можете ознакомиться с муниципальными правовыми актами.
Подробнее.

Свежий номер

Читать

Связаться с редакцией
Приёмная:
+7 (4852) 30-76-08
Эл. почта:
Здесь могла быть ваша реклама